29 сентября иду я с работы, а возле меня наш поисковый «уазик» тормозит. «Здравствуй, Рахим – говорит Пётр Михайлович – новостей полно. Первая: ты завтра не сможешь съездить с нами на «линию Сталина», там надо помочь в её обустройстве, пока зима не настала. Нанятые районным центром занятости мужики не успевают». «Можно и помочь – отвечаю я. – Всё равно сейчас работы на заводе нет, и не предвидится. А у меня пара отгулов ещё осталась. Наверное, смогу завтра отпроситься». «А вторая новость – продолжил Михайлыч – Ульф приехал. Набрал отгулов на работе, и сорвался к нам на Псковщину».

            Тут я должен сделать пояснение для тех, кому зависть к нашей группе мозги совсем затуманила. Ульф – не денежный мешок, не «владелец заводов, газет, пароходов», а такой же работяга, как и мы. Только шведский. Сейчас он работает на заводе, а в прошлые годы был разносчиком пиццы. Откуда только в стране, не имеющей ни нефти, ни газа, берутся средства на подобный образ жизни? Неужели от честной работы и реального (подчеркиваю, реального, а не фиктивного) национального единства? О, загадочная шведская жизнь! Если бы я мог себе позволить поехать в отпуск, то не стал бы тащиться «на юга», в Крым или Турцию. А съездил бы в Финляндию – не менее загадочную страну. Чтобы сравнить её с нашей Карелией и попробовать понять, в чем тут секрет. Хотя, в общих чертах, всё и так понятно…

            В общем, на другой день я утром прибыл в музей. Наши мужики и Ульф были уже там. «Гутен морген, Ульф! Виллкомен нах Остров!» Неважно, что немецкий язык для него – как для нас польский. Что-нибудь да поймет, а я в английском совершенно ни бум-бум.

После этих слов я полез в карман и достал оттуда две карты памяти своего фотоаппарата. Протянул Ульфу - дескать, перепиши с них снимки для себя сам, а то у меня вечные проблемы с компьютером. Ульф просиял и протянул мне мой любимый финский черный калач. Мол, хлеб да соль! Затем сбегал к своей машине и принес шведский флаг. «Презент!» Мы попили чаю, а потом вчетвером – Михайлыч, Валера Чумаченко, Денис Федоров и я – отправились работать на «линию Сталина».

 

 

            Прибыли мы туда без приключений. Недалеко от въезда пятеро деревенских мужиков рубили избу – надо же зимой и осенью где-то обогреваться охранникам и рабочим! Поздоровавшись, мы включились в работу и принялись ошкуривать бревна. Свой фотоаппарат я не взял: во-первых, карты памяти были отданы, во-вторых, не ожидал в этот день ничего интересного, достойного для фотосъемки. Как оказалось, напрасно.

            Поработав на бревнах пару часов, мы принялись вкапывать в землю возле дотов колья и натягивать на них колючую проволоку. Работалось легко, только иногда донимал кратковременный дождь. Впрочем, он быстро прекращался, и тогда над землёй зависало небесное коромысло – радуга. В небе слышались крики улетающих птиц. Да, осень уже в самом разгаре. 

 

 

            Мы пообедали, а потом Валера с Денисом взяли металлоискатель, и пошли обследовать окрестности. Дело нужное – ведь по настоящему мы эти места ещё не знаем. А мы с Михайлычем перешли на другой дот и начали вкапывать столбы и натягивать проволоку на новом месте. Тем временем в небе встала такая мощная и красивая радуга, что я пожалел об оставленном дома фотоаппарате. Говорят, увидеть такую – к удаче…

            Ближе к вечеру из Холматки пришел Саня – тоже член нашей группы. И пока мы с Михайлычем курили на наблюдательной вышке и строили планы будущего обустройства линии, он начал исследовать территорию. Близ советского пограничного столба Саня выкопал из земли несколько здоровенных кованых четырехгранных гвоздей – тут явно когда-то стояла изба. Мы слезли на землю и подошли к нему. «Тут рядом какой-то подозрительный камень лежит – сказал Саня – похож на пограничный столб, но без арматуры». Близ дороги из земли торчал краешек бетонного столба. Мы принялись его откапывать, строя догадки, что бы это могло быть. Неужели и вправду, ещё один пограничный столб? Но находка оказалась более «толстой» и короткой. Так что же это?

            «Зубы дракона» - сказал я, вспомнив фотографию немецких противотанковых заграждений. «Точно – обрадовано воскликнул Михайлыч – у нас на Псковщине, насколько я знаю, это первая находка. Я знал, что они тут были, но не надеялся найти. Даже хотел заказать на заводе ЖБИ (железобетонных изделий) копию. А тут сам оригинал нашли!»

            К тому времени деревенские мужики ушли домой, и пазы на бревнах рубил один только плотник. Увидев, что мы что-то отыскали, подошел к нам. «Это немецкий столб?» - «Не обязательно, такие у нас в СССР тоже были. А конкретно этот может быть и нашим, оставшимся с довоенного времени, и немецким, с 1944 года. Тут же одна танкоопасная дорога, скорее всего, эти столбы её и перегораживали. Вряд ли тут их много, но, может быть, рядом ещё лежат». Плотник сходил к своей машине и принес автомобильный фал. Мы зацепили столб петлёй, и наш «уазик» легко вытащил «драконий зуб» из ямы. Как и следовало ожидать, тот, кто его отливал, своих имен не оставил. Это мог быть и советский рабочих тридцатых годов, и красноармеец в немецком плену, и немецкий солдат тыловой службы. Михайлыч отбуксировал столб к выставке заграждений. Там уже были и деревянные надолбы, и проволочный «спотыкач», и тот самый немецкий бетонный фугас, который мы привезли из Печорского района (смотрите статью «День находок»).  

            (Правда, Валера Чумаченко говорит, что мы тогда ошиблись, и что данный фугас применялся в основном против пехоты (танк, конечно, он бы тоже уничтожил). Его начиняли порохом (вышибной заряд), ставили простой артиллерийский снаряд 152 или 210 мм в укупорке, и протягивали детонационный шнур. При приближении противника немец-наблюдатель активировал фугас, детонатор взрывал порох, снаряд выстреливался, как из пушки, на 50-100 метров вверх, и там взрывался. (Теперь понятно, почему фугас был обмазан смолой, почему такая забота о герметичности – порох боится воды, а тротилу, в общем-то, все равно). Эффект был убийственный – все осколки в таком случае падали на землю, энергия взрывчатого вещества не расходовалась на образование воронки. Пехоту либо секло осколками, либо глушило взрывной волной в радиусе до 300 метров. Да, страшная вещь, но, к, счастью, не сработавшая – не то наши той дорогой не наступали, не то немцам пришлось бежать, забыв про эти фугасы.)

 

 

            Мы вкопали «зуб дракона» в землю. И отошли полюбоваться своей работой. В этот момент вернулись Валера с Денисом. Они обнаружили кое-какие многообещающие места. Валера достал из рюкзака свой фотоаппарат, и сфотографировал нас возле «зуба». Да, день прошел не зря – кроме работы, мы сделали редкую для наших мест находку. Нам как Бог помогает…